57e1986c   

Желязны Роджер - Предисловие



Роджер ЖЕЛЯЗНЫ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Что общего у Ричи Коула и Роберта Лоуэлла с научной фантастикой и боевыми
искусствами?
И наоборот?
Я только что взял в руки утренний выпуск газеты и обнаружил, что завтра
вечером в городе будет джазовый саксофонист Ричи Коул и даст два концерта в
местечке под названием Эль-Фэрол на Каньон-Роуд. Непременно нужно ухватить
билеты. Я в некотором роде поклонник джаза.
Такая музыка напоминает мне научную фантастику - тем, что в ней за основу
берется известная музыкальная тема и уже на заданную тему создаются порой
неслыханные вариации. И все это не просто побуждает смотреть, внимать, читать,
но и стимулирует работу мысли, заставляя иначе взглянуть на вещи, которые
жизнь, как кажется, привычно расставила по своим местам. Думаю, высказывание
это не отличается особой глубиной мысли, но в качестве краткого вступления к
рассказам, выбранным мной для сборника, оно заставляет меня еще раз отметить,
что когда я слушаю хорошую джазовую пьесу, меня моментально охватывает то же
самое чувство, которое испытываю, работая над рассказом, где все в точности
так. Сначала всегда появляется некая тема, а уже затем - радость создавать
хитросплетения сюжета.
К тому же, как недавно рассказывал я своему другу, эксперименты Роберта
Лоуэлла в поэтическом сборнике, названном им "Подражания", сразу же очаровали
меня, едва только книга вышла в свет. Выбрав восемнадцать поэтов разных времен
и народов, он создал "подражания" самым разнообразным их стихотворениям - не
переводы, а скорее переложения в своей особой тональности. И этот какой-то
очень джазовый подход к литературному творчеству глубоко поразил меня и всякий
раз всплывал в памяти, когда я раздумывал над возможностью воспользоваться
более ранними идеями и сотворить на них небольшие ритмические фигуры, которые,
как и в джазе, послужили бы сопровождением к "сольной импровизации".
Это ощущение также сродни тому, которое испытываешь в высшей, вольной по
форме вариации боевого искусства, когда забываешь все фигуры боя, на освоение
которых ушли годы, а просто движешься, перетекая из одной формы в другую так,
как приучены тело и разум.
И вот теперь, в "Смертнике Доннере и Кубке Фильстоуна", я, безусловно,
мысленно не расставался с фантастикой Деймона Раньона с ее
обманчиво-естественным использованием стилизованного жаргона 20-х - то, что с
трудом поддается подражанию, - с хитроумными поворотами сюжета. И все же я так
полюбил его рассказы; что однажды не выдержал и сам решил попробовать написать
нечто подобное, перенеся действие на искусственный спутник Земли - Верхний
Манхэттен - и придумав подходящий сюжет.
"Калифрики - властелин Нити" был написан по просьбе Дианы Уинни Джонс
(которой я приношу особую благодарность за то, что она познакомила меня с
автобиографией Горького, а также за столь многочисленные прекрасные
произведения, созданные ею самой). Что касается вариаций и подражаний, то,
работая над этой вещицей для составляемого ею сборника "Тайные превращения", я
"играючи" прибегнул к некоторым хитроумными приемам и настроениям, навеянным
сказками Э. Т. А. Гофмана. И - да, так оно и было, - вместо того, чтобы
следовать завершенному в мыслях плану, я почти все время импровизировал.
Я включил сюда и два других своих рассказа:
" Автомобиль-дьявол" и "Последнюю из диких", между написанием которых
пролегло 15 лет, так как первый из них абсолютно оригинален и ни в чем не
заимствован, вариации же разыгрывались на витавших в воздухе идеях об
авто



Назад