57e1986c   

Желязны Роджер - Мой Пристрастный Взгляд На Особенности Научной Фантастики



Желязны Роджер
МОЙ ПРИСТРАСТНЫЙ ВЗГЛЯД НА ОСОБЕННОСТИ НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКИ
В. Задорожный, перевод
Помню все до мелочей: жесткую деревянную скамью гостевой трибуны под
высоким козырьком из рифленого металла; готовые к съемке телевизионные
камеры; большущие часы, которые дощелкивают последние секунды; а вдалеке -
между нами и космическим кораблем - полоска водной глади, отражающая серые
облака. В паре шагов от меня, слева, Гарри Стаббс орудует фотоаппаратом.
Справа, молодая кореянка запечатлевает ту же картину без помощи техники -
рисует акварельными красками. Передо мной, рядом ниже, журналист из Европы
тараторит что-то в телефонную трубку на сербохорватском. А гораздо ниже, в
проходе у начала трибуны, Сибил Лик объясняет кружку слушателей, что
вот-вот распогодится и больше никаких проблем не будет. К самым последним
предстартовым секундам небо и впрямь очистилось - как по заказу. Сперва мы
увидели слепящую вспышку. Вода в заливчике колыхнулась, и в нашу сторону
покатила встревоженная волна. Когда мы наконец услышали рев двигателя,
"Аполлон-14" был уже на изрядном расстоянии от Земли. Рев медленно нарастал
- и металлический козырек над трибуной зловеще задребезжал. Но согласный
ликующий вопль всех присутствующих был едва ли не громче.
Я провожал ракету жадным взглядом, покуда край козырька не скрыл её от
меня. Тогда я стал смотреть на экран монитора, который отслеживал уход
космического корабля в поднебесье. Помню, в голове у меня колотилась одна
мысль: "Как же я этого ждал! Как же я этого ждал!"
В тот момент у меня не было ни единой ассоциации с научной
фантастикой. Я думал исключительно о том, что свершалось перед моими
глазами, Но меня скорее всего не было бы в этом месте в этот час и не ждал
бы я этого события так исступленно, не будь я пропитан
научно-фантастической литературой. Позже, спокойными вечерами, я мог
вдоволь подумать о том, как именно научная фантастика влияла на мою душу на
протяжении многих и многих лет, - и сделать на основе этих размышлений
кое-какие обобщения.
Во времена, когда я рос и получал образование, никто и мысли не
допускал, что жанр научной фантастики - это разновидность подлинной
литературы. Перечитав горы критики о всех литературных прочих жанрах, я
сделал вывод, что научную фантастику странным образом недооценивают,
относятся к ней свысока, а если и упоминают в серьезных статьях, то, будто
нарочно, обращаются к наихудшим образцам этого жанра, игнорируя все лучшее.
Ужасно несправедливо, но так уж повелось...
Зато в последнее время положение заметно изменилось. И критики, и
литературоведы уделяют научной фантастике все больше внимания. По-моему,
это объясняется отчасти тем, что за последние годы появилось столько
значительных произведений в этом жанре, - вкупе с прежними достижениями они
не могли не вызывать профессий опального интереса у специалистов. Но
главное объяснение, опять-таки по моему ощущению, заключается в том что те
молодые люди, вроде меня, которые некогда чувствовали обиду за жанр научной
фантастики, повзрослели, сделали академическую карьеру, и к их мнению
начали прислушиваться. Поэтому, когда меня приглашают выступить перед
высокоученой университетской публикой, делаю это с удовольствием - не
только потому, что это как бы месть за те унижения, которые претерпела
научная фантастика в прежние времена, но и потому, что мне приятно
находиться в обществе людей, которые способствовали вхождению научной
фантастики в литературу не на птичьих, а на з



Назад