57e1986c   

Желязны Роджер - Божественное Сумасшествие



Роджер Желязны
Божественное сумасшествие
"...я Это ?трепетом благоговейным охваченные точно ,звезды блуждающие
небесах в замирают ,ей внимая что..."
Он затянулся, и сигарета стала чуть длиннее.
Взглянув на часы, увидел, что стрелки движутся в обратном направлении.
Было 10:33 пополудни, стрелка переместилась, и стало 10:32.
Его охватило отчаяние, он знал, что не в силах что-либо изменить.
Словно повинуясь чужой воле, он выполнял одно за другим действия, уже
однажды выполненные им в прошлом; только теперь - в обратной
последовательности. Предупредительного сигнала он почему-то не заметил.
Обычно наступал момент призматического эффекта: все кругом замирало,
окрашенное в розовые тона, мозг обволакивала дремота, затем на какое-то
мгновение все чувства обострялись...
Переворачивая слева направо страницы, он пробегал глазами по строчкам,
двигаясь от конца книги к началу.
"...неотразима столь скорбь чья ,он Кто"
Не в силах остановиться, он беспомощно следил за собственными
действиями.
Сигарета перестала расти. Щелкнув зажигалкой, тут же заглотившей язычок
пламени, он убрал выкуренную сигарету обратно в пачку.
Зевнул наоборот: сначала выдох, потом вдох.
Врач сказал, что все это ему только кажется. Необычный синдром вызван
сочетанием двух факторов: горя и эпилепсии.
Это был не первый приступ. Диалантин не помогал. Посттравматическая
локомоторная галлюцинация, вызванная беспокойным состоянием и
спровоцированная припадком эпилепсии - таков был диагноз.
Он долго не верил, что это началось снова; поверил только после того,
как в обратном направлении прошло минут двадцать; за это время он поставил
книгу на пюпитр, встал, подошел, пятясь, к стенному шкафу, повесил халат,
надел рубашку и брюки, которые носил весь день, попятился к бару и изверг
из желудка мартини, глоток за глотком, чувствуя во рту приятную прохладу;
не пролив ни капли, он наполнил бокал до краев.
Во рту возник все усиливающийся вкус оливок - и вдруг произошла
перемена.
Секундная стрелка скользила по циферблату как положено.
На часах было 10:07.
Он почувствовал, что волен выбирать свои действия.
И снова выпил мартини.
Дальше для полной симметрии следовало бы переодеться в халат и сесть
почитать. Вместо этого он смешал себе коктейль.
Теперь все происходило в нормальной последовательности.
Жизнь не текла в обратную сторону, как ему только что казалось.
Все было совершенно по-другому.
Неоспоримое доказательство того, что он действительно галлюцинировал.
Он даже решил - еще одна попытка логического обоснования, - что
двадцать шесть минут успели за это время пройти вперед и назад.
Значит, ничего страшного.
"...Пить надо меньше, - подумал он. - Возможно, приступы вызывает
алкоголь".
Он рассмеялся.
Сумасшествие какое-то...
Вспомнил. Выпил еще.
С утра он, как всегда, не глядя проглотил завтрак, подумал, что утро
скоро кончится, принял две таблетки аспирина, теплый душ, выпил кофе и
отправился на прогулку.
Парк, фонтан, дети, пускающие по воде кораблики, трава, пруд, - все
вокруг вызывало в нем ненависть; он ненавидел утро, солнечный свет,
облака, окруженные синевой, словно крепости рвами.
Сидел на скамейке и ненавидел. И вспоминал.
Если он на грани помешательства, то лучше уж перешагнуть эту черту,
подумал он, чем топтаться на ней - ни туда ни сюда.
И тут же вспомнил все снова...
А кругом, прославляя Овна, зажег первые зеленые фонарики апрель; стояло
ясное, прозрачное утро, напоенное весенней свежестью.
Собрав в кучу сор, оставший



Назад